Процент судебных ошибок

Россия: суды выносят обвинительные приговоры в 99% случаев — миф или реальность? (Eurasianet, США)

Процент судебных ошибок

Доля оправдательных приговоров, вынесенных судами РФ, стремится к нулю. Защитники судебной системы предлагают считать число оправданий с учетом не дошедших до суда и прекращенных в суде дел. При таком подсчете наличие обвинительного уклона ставится под сомнение, а суд представляется более гуманным.

Противники называют такой подход манипуляцией цифрами и утверждают, что обвинительный уклон не только существует, но имеет ясные причины. Судебная власть, по их мнению, встроена в правоохранительную систему и напрямую зависит от нее, поэтому суды выносят решения, выгодные следователям и гособвинителям.

Сколько оправдательных приговоров

По данным Верховного суда, в 2018 году суды рассмотрели уголовные дела в отношении 956,6 тысячи человек, из которых осудили 681,9 тысячи человек, а оправдали всего 2,1 тысячи.

Еще 1,7 тысячи освободили от ответственности, прекратив дела в связи с отсутствием состава преступления (когда деяние оказалось не преступным) или события преступления (когда оказалось, что преступного деяния не было), то есть по реабилитирующим основаниям.

Таким образом, общее число обвиняемых, чью невиновность удалось доказать, составляет 0,2% всех подсудимых, а количество освобожденных от ответственности по реабилитирующим основаниям — 0,18%.

Кроме того, около 191,2 тысячи дел прекращено по нереабилитирующим основаниям, т.е. подсудимые избежали тюремного заключения, но получили судимость со всеми вытекающими негативными последствиями.

В дополнение, дела в отношении 13,9 тысячи человек (1,5% подсудимых) вернули прокурорам для устранения нарушений или уточнения обвинений.

Иногда такие решения приводят к прекращению дела (что рассматривается как альтернатива оправдательному приговору), но результат может быть и обратным.

Как отмечают юристы, зачастую судья возвращает дело прокурору лишь для того, чтобы очистить его от ошибок и обеспечить вынесение обвинительного вердикта.

Согласно рейтингу World Justice Project, Россия занимает 101 место в мире (между Нигером и Доминиканой) по качеству уголовного правосудия.

Наличие обвинительного уклона признают ученые и бывшие судьи, политики и бывшие следователи, бизнесмены и эксперты.

Так, член Совета по правам человека, федеральный судья в отставке Сергей Пашин в интервью «Новым известиям» называл российский суд «элементом карательной машины».

По его словам, профессиональные судьи оправдывают на порядок меньше подсудимых, чем присяжные, а апелляционные инстанции отменяют оправдательные приговоры в десятки раз чаще, чем обвинительные.

Обвинительный уклон — миф или реальность?

Существование обвинительного уклона неоднократно признавал и президент РФ Владимир Путин. О том, что российские суды отходят от обвинительного уклона, заявил в сентябре 2019 года министр юстиции РФ Александр Коновалов. Официальная статистика, впрочем, не подтверждает этот вывод.

В 2009 году доля оправдательных приговоров составляла 2,3% всех осужденных (число подсудимых в статистике отсутствует), в отношении еще 10% лиц дело было прекращено из-за отсутствия состава или события преступления, что по обоим параметрам лучше итогов 2018 года.

Кроме того, согласно официальному отчету о судимости, в 2018 году оправдали и реабилитировали на 43% меньше подсудимых, чем в 2017 году, и — на 78,5% меньше, чем в 2014-м, что связывают с сокращением количества частных исков (без участия МВД или Следственного комитета), вызванного частичной декриминализацией побоев. Считается, что обвиняемых в частном порядке оправдывают чаще.

Председатель Верховного суда Вячеслав Лебедев, опровергая тезис об обвинительном уклоне, отмечал в интервью «Адвокатской газете», что в 2016 году 30% дел было прекращено (не считая оправдательных приговоров) либо по реабилитирующим (отсутствие события или состава преступления), либо — по нереабилитирующим основаниям (истечение срока давности, амнистия, наличие приговора по такому же обвинению, примирение сторон, отсутствие заявления потерпевшего, раскаяние, смерть подсудимого).

«Какая разница, по каким основаниям прекращены эти дела? Нам же предлагали осудить людей по любым основаниям. Можно было прекратить эти дела, не направляя их в суд. Но их направили, суды этих людей не осудили, а все равно говорят об обвинительном уклоне», — говорил Лебедев.

В 2018 году, с учетом прекращения свыше 191 тысяча дел по нереабилитирующим основаниям (но не считая оправдательных приговоров), прекратили уголовные дела в отношении 193 тысячи человек (21,2% подсудимых).

Однако некоторые юристы критикуют такой взгляд на статистику, называя его манипулятивным и даже циничным (поскольку среди нереабилитирующих оснований есть смерть подсудимого). Нереабилитирующие основания «не позволяют рассматривать их как вариант «оправдания» ни в каком аспекте», сказал «Адвокатской газете» советник Федеральной палаты адвокатов России Сергей Насонов.

Более того, освобождение от наказания по нереабилитирующим основаниям равносильно признанию вины.

«[Оно] хотя и предполагает освобождение лица от уголовной ответственности и наказания, но расценивается правоприменительной практикой как основанная на материалах расследования констатация того, что лицо совершило преступление и фактически признало себя виновным», — говорится в разъяснении прокуратуры Приморского края.

Подсудимый получает судимость и обязуется принять на себя все ее негативные последствия, в числе которых может быть возмещение исковых требований или ущерба, причиненного преступлением; увольнение с работы или невозможность занимать определенные должности; более серьезная статья в случае, если человек по какой-либо причине еще раз окажется в суде; и многое другое.

Некоторые эксперты говорят, что поскольку суды не заинтересованы в оправдании, они зачастую дают подсудимому условный срок или же, если подсудимый еще не отбыл наказание за предыдущее преступление, и снова оказался в суде, — назначают ему наказание без учета предыдущего (это исключение из общего правила: обычно суд при вынесении приговора полностью или частично присоединяет к наказанию за второе преступление срок за первое, независимо от того, какая часть срока по нему была отбыта).

Каковы шансы на оправдание до суда

Защитники сложившейся практики указывают также на то, что до суда доходят около 20% уголовных дел. Такой позиции, например, придерживается агентство правовой информации РАПСИ, среди учредителей которого в прошлом фигурировали Конституционный суд, Верховный суд и Высший арбитражный суд.

«До суда доходит в среднем только одно дело из пяти зарегистрированных преступлений, что позволяет говорить о 80% оправданий», — считает издание. «Оправдание», таким образом, может быть совершено следователем, руководителем следственного органа, прокурором и лишь на последнем этапе — судьей.

Это отличает российское правосудие от стран, где подобного фильтра не существует, считают в РАПСИ.

«Другими словами, те дела, по которым в США выносят оправдательные приговоры, в России просто не дошли бы до суда: они были бы закрыты раньше», — утверждает издание.

По данным МВД за 2018 год, из 1,1 миллиона расследованных дел в суд направлено 300 тысяч, или 27%.

Подобную точку зрения оспаривают эксперты Института проблем правоприменения Европейского университета (ИПП). Руководитель ИПП Вадим Волков отмечал в своем тексте в РАПСИ, что большая часть дел, не дошедших до суда, приходится на нераскрытые преступления (54,6% к зарегистрированным по данным МВД за 2018 год).

Кроме того, прокуроры точно так же не заинтересованы в оправдательных приговорах, поскольку показатели их успешности напрямую связаны с количеством обвинительных приговоров, утверждают авторы исследования ВШЭ, РАН и Франкфуртской школы финансов и управления. Это вынуждает прокурора, который выступает на суде в качестве гособвинителя, договариваться с судьей о выгодном ему решении, в обмен на обещание не опротестовывать приговор в вышестоящей инстанции (что, в свою очередь, невыгодно судье).

По данным Генпрокуратуры, в 2018 году прокуроры отменили 14,9 тысячи постановлений следователей о возбуждении уголовного дела, в то время как постановлений об отказе в возбуждении — 2,2 миллиона.

Как утверждал в 2016 анонимный экс-сотрудник одной из районных прокуратур Петербурга, в прокуратуре, как и в МВД, негласно действует так называемая «палочная система», при которой карьерный рост работников обусловлен выполнением формальных количественных показателей. Об этом же в 2018 году писал анонимный блог «Особо опасный прокурор». Прокуроры, наоборот, заявляют, что ведомство «давно ушло» от палочной системы, указывая при этом, что она «сохраняется в некоторых [других] органах правопорядка».

Признание — царица доказательств

Еще одним аргументом сторонников отсутствия обвинительного уклона является большое количество дел, в которых обвиняемые полностью признают вину и подают ходатайство на рассмотрение дела в особом порядке.

В этом случае дело рассматривается без исследования доказательств, т.е. без возможности оправдательного приговора, но при этом подсудимому гарантируется не более двух третей от предусмотренного статьей наказания.

В 2018 году доля дел с полным признанием вины составила 69%.

The Atlantic31.07.2018EurasiaNet18.09.2018Hürriyet18.06.2015

Противники этого аргумента считают, что высокая доля таких дел — повод для тревоги. Нередко подсудимые идут на признание не потому, что они чувствуют вину и согласны с обвинением, а потому, что не верят в возможность оправдания при традиционном порядке рассмотрения дела. Признавая вину, они надеются на смягчение приговора или закрытие дела по нереабилитирующим основаниям.

«Это типичный пример вынужденного волеизъявления, обусловленного пониманием ничтожности шансов на оправдание», — сказал «Адвокатской газете» советник Федеральной палаты адвокатов России Сергей Насонов.

«80% подсудимых в России — безработные и рабочие [плохо знающие свои права и не имеющие качественной защиты]. Обычно им предлагают подписать признание в обмен на особый порядок рассмотрения дела.

Если дело сложное, где обвиняемый себя виновным не считает, ему говорят: «Будешь упираться, мы тебе квалификацию [преступления] натянем по максимуму.

А если признаешь вину, назначим наказание помягче»«, — объясняет механизм появления признаний директор по исследованиям Института проблем правоприменения Кирилл Титаев. Иногда признание у подследственных добывают под пытками.

Формальный подход к делу

По мнению Кирилла Титаева, привычка рассматривать дела в особом порядке отрицательно влияет на квалификацию судей.

«На сто обвинительных приговоров в России приходится 92 признания. То есть практически всегда есть „злодей“, который все признает. [В результате] у судей нет навыка реконструкции того, что происходило на самом деле.

Когда в суд приносят видеоролик, судья часто даже не помнит, как приобщать видеозапись, представленную адвокатом, к делу, и что с ней делать. У судей [вместо этого] формируется совершенно другой подход. Дело должно содержать то-то и то-то, быть оформлено так-то и так-то.

Вопрос о том, насколько оно коррелирует с реальностью, ломает весь мир [в котором живет] судья», — говорит он.

Ситуацию усугубляет перегруженность судов. Например, в Петербурге на одного мирового судью в 2018 году приходилось 306 дел в месяц, или около 10 в день.

«Мы очень сильно загружены… Задерживаемся после работы до восьми часов вечера, выходим на работу в выходные. Очень много бумаг, отчетов, которые мы должны сдавать, плюс заседания, прием граждан — нагрузка неимоверная. Поэтому люди бегут, долго не выдерживают. Качество работы страдает», — сказала изданию «Правмир» помощница мирового судьи в Петербурге на условиях анонимности.

Львиную долю дел, которые в конвейерном порядке рассматривают суды, составляют иски различных госучреждений (Пенсионного фонда, ФНС, предприятий ЖКХ) к должникам, требующие от судей чисто канцелярских навыков, считает Вадим Волков, поскольку в большинстве своем они автоматически удовлетворяются.

В 2016 году проблему признал Владимир Путин, отметив, что низкое качество судебных актов, вызванное высокой нагрузкой, приводит к нарушению прав граждан. Однако нормы судебной нагрузки, необходимость которых обсуждалась еще в 2017 году, до сих пор не разработаны.

Суд как звено правоохранительной системы

«Если начать рассматривать дела по существу, смотреть на качество доказывания — система рухнет. Появится много оправдательных приговоров.

С увеличением их числа вырастет число тех [подсудимых], кто не признает вину, [а значит] «полетят» системы оценки [работы силовиков], завязанные на отсутствие оправдательных приговоров.

Один такой приговор — это год без премии для следователя и выговор для его начальника», — говорит Кирилл Титаев.

Хотя формально судебная власть независима, а судьи неприкосновенны, несменяемы и (за исключением мировых) занимают посты бессрочно, ряд экспертов полагают, что они несвободны в принятии решений.

Согласно анализу Института проблем правоприменения, судейский корпус на 28-30% состоит из юристов, единственным опытом работы которых были должности в аппарате суда (помощник судьи или секретарь судебного заседания). Доля юристов с опытом работы в адвокатской среде, в прокуратуре, гражданском секторе сейчас снижается.

Решающую роль в распределении дел между судьями играют председатели судов, образующие «обособленный от рядовых судий аппарат», и судьи всегда советуются с председателем по особо чувствительным делам и выносят решение в соответствии с его рекомендациями, утверждает Вадим Волков. По его данным, почти треть председателей судов — бывшие работники прокуратуры.

Существует также Кадровая комиссия при президенте РФ, в которой доминируют представители президентской администрации и силовых ведомств — МВД, ФСБ, Генпрокуратуры. Она, по словам Волкова, комиссия определяет председателей судов, изучая оперативную информацию на них и оценивая их лояльность правоохранительной системе, а также выносит решения об утверждении кандидатур в судьи.

Таким образом, независимые суды фактически встроены в вертикаль правоохранительной системы. Вынося решения, они учитывают корпоративные интересы следователей, прокуроров и чиновников, что и порождает обвинительный уклон, считают эксперты.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.

Источник: https://inosmi.ru/social/20191219/246473229.html

Вс о случайных и намеренных ошибках судей

Процент судебных ошибок

Как ранее сообщала «АГ», 27 декабря Президиум ВС РФ утвердил Обзор судебной практики № 5 за 2017 г. Как уже сообщалось, Обзор содержит 60 правовых позиций Судебных коллегий ВС РФ по делам в различных отраслях права, разъяснения по ряду вопросов, возникающих в судебной практике, а также обзор практики международных правовых органов.

Среди прочего в документе содержатся и две позиции, сформулированные Дисциплинарной коллегией ВС РФ, рассмотревшей жалобы судей на решение о лишении их статуса по результатам рассмотрения дисциплинарных производств.

Рассмотрев одно дело, Дисциплинарная коллегия сформировала позицию, согласно которой неумышленные судебные ошибки ординарного характера не могут расцениваться как проявление недобросовестного отношения судьи к своим профессиональным обязанностям и служить основанием для применения к нему дисциплинарного взыскания.

А по итогам рассмотрения второго дела коллегия пришла к выводу о том, что недобросовестное отношение судьи к исполнению профессиональных обязанностей, грубое нарушение уголовного и уголовно-процессуального законодательства при рассмотрении дела привели к искажению фундаментальных принципов судопроизводства, нарушению прав и законных интересов граждан, умалению авторитета судебной власти.

Как отметил советник ФПА РФ Евгений Рубинштейн, совокупный анализ извлечений из судебных актов, приведенных в этой части Обзора, может пролить свет на сложный вопрос дисциплинарного производства – за какие процессуальные и материально-правовые ошибки судей при рассмотрении различных категорий дел может быть назначено дисциплинарное взыскание в виде досрочного прекращения статуса судьи.

«Сложность данного вопроса обусловлена отсутствием четких критериев определения – какие из указанных нарушений, как указал КС, “очевидно несовместимы с высоким званием судьи, явно противоречат социальному предназначению судебной власти, носителем которого является судья”.

Конечно, приведенная позиция Конституционного Суда не может считаться конкретным критерием, а устанавливает лишь общие границы определения нарушений, за которые судья может быть досрочно лишен статуса», – пояснил адвокат, добавив, что анализ приведенных в Обзоре примеров из судебной практики позволяет наполнить этот критерий более четкими условиями.

В первом примере судья неправильно определил обстоятельства, имеющие значение для дела, и допустил ошибку при применении норм материального права.

Верховный Суд РФ, проанализировав содержание этой ошибки, пришел к выводу, что она является ординарной при рассмотрении такого рода дел, а именно исков о признании права собственности, и посчитал, что за эту ошибку лишение статуса судьи является явно несоразмерным нарушению.

Суд сформировал тезис: «неумышленные судебные ошибки ординарного характера не могут расцениваться как проявление недобросовестного отношения судьи к своим профессиональным обязанностям и служить основанием для применения к нему дисциплинарного взыскания».

«Анализ этого важного тезиса позволяет конкретизировать критерий “ошибки, которая очевидно несовместима с высоким званием судьи”: такая ошибка должна быть (а) умышленной, то есть когда судья знает, что неправильно применяет норму права, и, несмотря на это, осознанно идет на такое применение, и (б) нетипичной (нехарактерной, выбивающейся из числа других ошибок), которые возникают при рассмотрении определенной категории дел. Умышленное неправильное применение нормы права в совокупности с “эксклюзивностью” нарушения формирует такое отношение к судье, при котором его статус очевидно несовместим с высоким званием судьи», – заключил Евгений Рубинштейн.

В отличие от первого примера, во втором случае Верховный Суд РФ посчитал законным и соразмерным наказание в виде лишения статуса судьи, как раз применив вышеуказанный критерий. Судья был лишен статуса за то, что принял решение об условно-досрочном освобождении лица, не отбывшего установленный срок, при этом рассмотрев заявление с нарушением правил подсудности.

«В этом деле особое значение сыграло то, что судья самостоятельно, без наличия к тому каких-либо оснований перевел осужденного из мест лишения свободы в СИЗО, которое находилось в территориальной подсудности суда, и, таким образом, сформировал видимость надлежащего определения подсудности.

При таких обстоятельствах Верховный Суд посчитал, что ошибка, допущенная судьей, является умышленной (судья не мог не знать о том, что важнейшее условие для применения норм об УДО заключается в отбытии осужденным определенного законом срока наказания в зависимости от тяжести преступления), и тот сам создал условия для видимости надлежащей территориальной подсудности, которая также была ошибочной. Умышленный характер действий судьи с неординарностью допущенной ошибки привели Дисциплинарную коллегию Верховного Суда к выводу, что такое поведение судьи несовместимо с его статусом», – пояснил эксперт.

По мнению Евгения Рубинштейна, для адвокатского сообщества сформулированные Дисциплинарной коллегией ВС РФ позиции могут являться ориентиром при разрешении вопроса о необходимости и целесообразности подачи жалобы в отношении судьи. Также они могут помочь с определением и обоснованием позиции о допущенной судьей ошибке, которая может повлечь за собой дисциплинарное взыскание.

Советник ФПА РФ Нвер Гаспарян в свою очередь полагает, что приведенные в Обзоре подходы Дисциплинарной коллегии могут быть полезны для адвокатского сообщества также и в том, чтобы сформулировать понятные критерии назначения различных мер дисциплинарного воздействия в отношении адвокатов: когда это может быть предупреждение, а когда – лишение статуса.

Источник: https://www.advgazeta.ru/novosti/vs-o-sluchaynykh-i-namerennykh-oshibkakh-sudey/

История судебных ошибок на ZASUDILI.RU

Процент судебных ошибок
21.08.2011

Как бы это было не печально, но есть такие проступки судей, которые известны всему миру ввиду их масштабности. Такие дела было невозможно скрывать, именно поэтому они получили огласку.

А сколько судебная система РФ и всего мира скрывает подобных ошибок? И, к сожалению, презумпция невиновности не останавливает служителей Фемиды и они, подчас исключительно резко и безосновательно вершат «правосудие», ломая жизни и наказывая невиновных.

Стефан Кишко

Одним из самых жестоких приговоров в Великобритании стало наказание в виде пожизненного лишения свободы Стефану Кишко, 23-летнему налоговому служащему.

Его обвиняли в убийстве 11-летней девочки Лесли Молсид, тело которой было найдено с многочисленными ножевыми ранениями.

Доказательства следователей были основаны на показания подростков, которые утверждали, что Кишко занимался перед ними эксгибиционизмом.

Кроме того, невинное, даже детское хобби Кишко – записывать номера машин, которые его раздражали, дало следователям лишнюю почву для предположений.

После ареста обвиняемому долгое время не говорили о его праве на адвоката, молодой человек просил, чтобы на допросах присутствовала его мать, но в просьбе ему было отказано. Следователи обещали Кишко отпустить его домой, если тот признает свою вину.

Все улики и факты, доказывающие невиновность Кишко замалчивались и не предавались огласке, так, суд не принял во внимание алиби обвиняемого, который находился в художественном центре во время убийства, кроме того, излишний вес и недавний перелом ноги не позволил бы Кишко забраться на пригорок, где было найдено тело девочки. А самое главное – анализы семенной жидкости обвиняемого не совпадали с образцами, взятыми с одежды погибшей девочки.

Полиция, следователи и суд не отклонялись от своей версии и не рассматривали другие варианты событий, что стало огромной ошибкой. Собрав необходимое количество доказательств, дело передали в суд.

С перевесом в 8 21 июля 1976 года присяжные заседатели вынесли свое решение – виновен в убийстве на сексуальной почве. Кишко был приговорен к пожизненному заключению, его выставили монстром, детоубийцей. В адрес осужденного сыпались бесконечные оскорбления и угрозы.

В тюрьме на Кишко несколько раз покушались другие заключенные, пытаясь наказать его за убийство девочки.

Мать незаконно осужденного долго добивалась пересмотра дела, но власти всеми силами пытались замалчивать дело и не позволить матери Стефана Кишко добиться пересмотра, поэтому только в 1991 году дело подняли из архивов.

Суперинтендант Тревор Уилкинсон сразу же нашел в деле множество ошибок, увидел абсолютную невиновность Кишко в связи с медицинским заключением и алиби. В августе 1991 года дело было передано в апелляционный суд, после чего Кишко оправдали. Все трое судей, которые присутствовали на заседании, не имели возражений против освобождения Кишко.

Мужчина был освобожден, только, увы, он не смог наслаждаться свободой из-за прогрессирующей шизофрении и стенокардии, которые начали развиваться еще в тюрьме. Освобожденный Кишко получил небольшую часть из обещанной государством суммы, так как в скором времени скончался в возрасте 41 года. За сломанную жизнь Кишко получил лишь несколько обвинений, да и то не от всех, кто приложил к этому руку.

Настоящий преступник был арестован 5 ноября 2006 года.

По мотивам трагической истории сняты фильмы «Жизнь за жизнь» и «Настоящее преступление: 30-летня тайна».

Стивен Траскотт

Не менее шокирующий и резонансный случай с судебной ошибкой произошел в Канаде в 1958 году. Тогда Стивен Траскотт, которому на момент предъявления обвинения было всего 14 лет, был приговорен к смертной казни за изнасилование и убийство своей одноклассницы, Линн Харпер. Невиновность Траскотта был доказана лишь в 2007 году.

Тело девочки было найдено в лесу, а 14-летний парень признался, что за несколько дней до убийства он катал девочку на своем велосипеде., также, по словам Траскотта, он видел, как Линн Харпер садилась в машину. Однако, парню не поверили и суд присяжных признал его виновным и приговорил к повешению. Позже казнь была заменена на 10 лет тюрьмы.

В 1969 году Стивен Траскотт вышел на свободу, по прежнему утверждая свою невиновность. Он не раз публично говорил об этом, что повлекло за собой многочисленные публикации в СМИ.

В 2006 году дело было пересмотрено и обвинительный приговор отменен. За незаконное преследование Траскотту выплатили 6,5 миллионов евро.

В Канаде это дело является одним из самых громких и скандальных примеров судебной ошибки. Настоящего преступника так и не нашли.

По мотивам истории Траскотта был написан роман «The Way the Crow Flies», автором которого стала Анна-Мари Макдоналд.

Дело Михасевича

«Призовые» места занимают ошибки российских судей.

«Витебское дело» не только унесло жизни 36 женщин, которые стали жертвами маньяка Михасевича, но и незаконно осудило 14 граждан РФ, которые не были причастны к убийствам.

Одного из осужденных «маньяков» расстреляли, другой в местах лишения свободы потерял зрение, еще один покончил с собой.

Так или иначе, но из-за несовершенства судебной системы РФ 14 непричастных к убийствам людей провели в тюрьме длительное время.

Один из осужденных, Олег Адамов, из 15 лет лишения свободы, к которым приговорил его суд, провел за решеткой без малого два года, получил компенсацию в виде однокомнатной квартиры и денежных средств, однако, извинений так и не дождался.

Магнитский

Наиболее громкое незаконное прследование современности – это арест и заключение Сергея Магнитского, сотрудника фонда Hermitage Capital. Гражданин РФ был заключен под стражу и скончался в СИЗО «Матросская тишина».

Магнитского обвиняли в хищении средств из государственного бюджета на сумму более 5 миллиардов рублей, а также в уклонении от уплаты налогов.

Позже выяснилось, что необходимых для ареста причин у правоохранительных органов не было, да и дело было «шито белыми нитками», однако гражданин РФ расплатился своей жизнью за ошибку представителей судебной системы.

В деле Магнитского много неточностей и умолчаний, и по сей день «всплывают» подробности дела.

Защитники прав человека со всего мира обеспокоены этой проблемой, так, последняя из новостей по этой теме – список сенатора Кардина.

Этот список включает в себя фамилии российских чиновников, которым запрещен въезд в США. Российские власти пытаются отвечать на такие выпады, однако это больше похоже на детские перепалки типа «сам такой».

Ходорковский и Лебедев

Стоит ли говорить об аресте Михаила Ходорковского и Платона Лебедева? На данный момент нет официальных доказательств их незаконного ареста и осуждения, однако, практически ежедневно в прессе появляются новости по их делу. Про Ходорковского и Лебедева не написали ни одной книги, и не сняли ни одного фильма, однако, вся страна следит за их жизнью в новостных лентах и делает свои выводы.

Вместо заключения

Сейчас проводятся судебные реформы, российские власти создают видимость активных действий в правовой и судебной сфере, однако «воз и ныне там», ведь сами служители Фемиды говорят о бесполезности каких-либо изменений и законопроектов, так как есть определяющая сила – власть, которой подчиняется Верховный Суд, которому подчиняются все суды страны. Поэтому быть судам и дальше марионетками в руках «верхов».

Валентина Таранина

Источник: https://zasudili.ru/interesting.php?ELEMENT_ID=1391

Гражданский процесс России

Процент судебных ошибок

В любой области человеческой деятельности возможны ошибки. К сожалению, не составляют исключения в этом отношении и суды. Опасность ошибок в судебной работе обусловлена как сложностями выяснения действительных взаимоотношений участвующих в деле лиц, так и сложностью правоприменения.

Ежегодно публикуемая судебная статистика свидетельствует о том, что в кассационной инстанции отменяется и изменяется более 2%, а в надзорном порядке почти 3% от числа вынесенных решений. Таким образом, пять с лишним процентов судебных постановлений – это многие десятки тысяч гражданских дел, разрешенных неправильно.

А каждое ошибочное решение означает, в конечном счете, что правосудие не осуществилось правомерно, либо вообще не осуществилось, что нарушенные или оспариваемые субъективные права и законные интересы граждан и организаций не защищены. Более того, в ряде случаев сам суд нарушает права заинтересованных лиц своим ошибочным решением.

Естественно, что ошибки отрицательно влияют на авторитет не только конкретных судей, но и судебной власти в целом.

Число судебных ошибок в России имеет устойчивую тенденцию на протяжении многих лет.

И при этом следует учитывать, что судебная статистика отражает не все реальные ошибки, а лишь выявленные в решениях районных и городских судов, которые устраняются вышестоящими судебными инстанциями.

Ошибки бывают и в других судебных постановлениях (определения судов первой и кассационной инстанций, судебных приказах и постановлениях надзорных органов). Далеко не все ошибки устраняются кассационной и надзорной инстанциями.

Что же представляют собой судебные ошибки? Это понятие широко употребляется в судебной практике и юридической литературе, хотя не упоминается в Гражданском процессуальном кодексе.

Для понятия «судебные ошибки» характерны три момента:

  1. они представляют собой нарушения юридических норм и свидетельствуют об отклонениях от целевых установок гражданского судопроизводства;
  2. их допускают суды и судьи, управомоченные рассматривать и разрешать гражданские дела, пересматривать решения, определения, приказы и постановления;
  3. все ошибки могут быть устранены правовыми средствами в гражданском процессуальном порядке.

Гражданский процессуальный закон, хотя и не употребляет термин «судебная ошибка», но: а) устанавливает существенные признаки судебных ошибок; б) определяет процессуальный порядок их выявления; в) предписывает обязательное устранение обнаруженных нарушений; г) закрепляет порядок устранения судебных ошибок; д) регламентирует юридические последствия выявления ошибок. Правовое регулирование судебных ошибок придает им качество своеобразного юридического факта процессуального характера.

Категория судебной ошибки широка и охватывает как те нарушения, которые препятствуют быстрому (своевременному) разрешению дела, так и те, которые мешают правильному их рассмотрению. Последние подразделяются на случаи незаконности и необоснованности.

Незаконность, в свою очередь, бывает результатом неправильного применения или неприменения норм материального либо процессуального права. Процессуальные ошибки бывают существенными или несущественными (формальными). Помимо этого судебные ошибки подразделяются на выявленные, установленные и латентные (скрытые).

Латентные ошибки, естественно, не влекут ни отмену, ни изменение актов правосудия, но они существуют и отрицательно воздействуют на итоги и авторитет правосудия.

Итак, судебные ошибки многочисленны и разнообразны, но все они в конечном счете причинно связаны с личностью судей.

Ошибки возникают либо из-за недостаточного профессионализма судей и судебных работников, либо из-за недобросовестного, халатного и даже преступного их отношения к делу.

Условия совершения ошибок более многочисленны: сложность рассматриваемого дела, состояние нормативного материала, чрезмерная загруженность судей, неблагоприятные условия профессиональной деятельности и вообще их жизнедеятельности.

Как убеждает практика, с ошибками можно успешно бороться, точнее, предупреждать их, повышая квалификацию судебных работников, воспитывая у них чувство ответственности за порученное дело, совершенствуя законодательство, и т.п.

Кроме того, существуют специальные процессуальные средства, направленные на устранение выявленных ошибок: это, в первую очередь, две судебные инстанции – кассационная и надзорная.

Но усилий двух указанных инстанций явно недостаточно, и для того чтобы контроль за актами правосудия был всеохватывающим, своевременным и действенным, к нему должен быть подключен суд первой инстанции. Участие районных и городских судов в устранении судебных ошибок придает данному процессу оперативность.

Для борьбы с собственными ошибками суд первой инстанции управомочен: 1) восполнять недочеты судебного разбирательства; 2) отменять судебные приказы; 3) пересматривать некоторые определения; 4) пересматривать решения, в том числе и заочные.

Источник: https://isfic.info/graz1/prav120.htm

Новости в России и в мире — Newsland — информационно-дискуссионный портал. Новости, мнения, аналитика, публицистика

Процент судебных ошибок

Верховный суд опубликовал обзор рассмотрения Судебной коллегией уголовных дел в порядке надзора за второе полугодие 2009 года. За это время было рассмотрено 834 уголовных дела против 869 за тот же период 2008 года.

Примерно в 2/5 дел (примерно 40%), дошедших до Верховного суда, в применении правовых норм нижестоящими судами были допущены ошибки.

Самым частым основанием для проверки решений нижестоящих судов было неправильное применение Уголовного кодекса – 33% от всех жалоб.

Следом идут нарушения Уголовно-процессуального кодекса и чрезмерная суровость наказания – 26 и 15% случаев соответственно. Чем объяснить такие цифры, рассуждает адвокат Игорь Трунов.

«СП»: – Игорь Леонидович, почему суды так часто ошибаются?

– После развала СССР в государстве был поставлен вопрос о том, что должна произойти ротация судейского корпуса, в ходе которой старых судьей-коммунистов сменит молодежь с посткоммунистическим мышлением. Судей, естественно, поменяли, но откуда взяли эти новые молодые кадры? Прежде всего, из силовых структур обвинительного уклона: прокуратуры, милиции, ФСБ. Адвокатуре вход в судейский корпус был заказан. В итоге мы имеем у судей обвинительный менталитет.Возьмите этих новых судей. Если до того, как стать судьей, он работал обвинителем долгое время, он уже по-другому, кроме как с позиций обвинения, не видит дела. Потом, в этом случае у такого судьи остается целый куст знакомых в прокуратуре, с которыми он сроднился на днях рождения, свадьбах, корпоративах. Зарубить какое-то дело в суде – значит, признать показатель неумения, низкого качества работы прокурора, то есть своего друга. Так и получается цепь, которая накладывает отпечаток на качество рассмотрения дела в суде.

«СП»: – То есть, проблема – в кадрах?

– Все начинается с проблем нашего высшего юридического образования. Юридических вузов сейчас в России больше, чем любых других, юрфак открыла даже Ветеринарная академия. Я знаю огромное количество юридических вузов в Москве, среди преподавателей которых нет ни одного доктора наук или профессора. Все эти вузы выпускают сотни тысяч дипломированных юристов. Многие из них идут сначала в прокуратуру, потом в суд.В России создана Ассоциация юристов, которая должна, по сути, заниматься контролем за качеством юридического образования, его лицензированием. Но туда выбрали одних свадебных генералов: все министры, руководители верховных судов – все там. А во всем мире устроено по-другому: подобные ассоциации контролируют чиновников, а не состоят из чиновников.

«СП»: – В Верховном суде тоже работают плохие профессионалы?

– Нет, конечно, в Верховном суде работает судейская элита. Но они не видят всей картины судопроизводства в России. Все практикующие юристы знают, например, что эффективность жалобы, поданной в порядке надзора, равна нулю. Я за 20 лет практики вспомню 2-3 случая, когда на мою жалобу в надзорной инстанции обратили внимание. Даже Европейский суд по правам человека считает, что надзорное производство в России настолько неэффективно, что учитывать его не надо. Да, в надзорных органах собралась судейская элита, получила все льготы и блага, но практически ничем не занимаются. Поэтому и картины общей они не видят: жалобы к ним не поступают, поскольку толку от этого нет никакого. После кассационного рассмотрения дела, если есть серьезные основания, все сразу пишут в Страсбург.Но если бы этот инструмент, надзорная инстанция, был рабочим, и все, кто недовольны, обжаловали решения кассационной инстанции, картина была бы полной. Там было бы тогда не 40% ошибок, а гораздо больше.

«СП»: – Как исправить положение?

– Нужно лицензировать юридическое образование, нужна транспарентность судебного производства, когда в интернете размещали бы решения. Плюс работа с кадрами. Во всем мире, если ты не работал адвокатом, если не защищал людей, ты не можешь стать судьей. У нас – наоборот: если ты работал адвокатом, это черное пятно на твоей карьере. Больше ты не сможешь работать нигде в юриспруденции. В суд тебя не возьмут, в прокуратуру – тем более. Для цивилизованного общества это нонсенс, который достался нам от советских времен.

«СП»: – То есть, суды, как и правоохранительные органы, сохраняют репрессивный характер?

– Сказать эту фразу – значит, ничего не сказать. Самый важный вопрос – почему? Почему эти здоровые, умные ребята идут на то, чтобы сажать невиновных? Почему эти нормальные, вменяемые люди, с которыми мы вместе ездим в метро, дают максимальный срок лишения свободы там, где можно отделаться незначительным наказанием? Хотя юристы знают, что это неэффективно, что это формирует профессиональную криминальную среду в нашем обществе, что в результате у нас – самый большой в мире рецидив среди преступников.Ответ на это «почему» – в палочной системе, как показателя качества работы, успешности и карьерного роста. Система говорит: дай в следующем месяце больше раскрытых преступлений, чем в текущем. А преступность не растет, как дать больше?! Высосать из пальца, или посадить невиновных, или наболтать на ровном месте более тяжкую статью. Вот этими методами идет карьерный рост, и движется вперед вся машина правоохранительной системы. А это – огромный монстр. Наша милиция в 5-6 раз больше по численности на душу населения, чем в Европе. И вот этот огромный монстр каждый месяц идет вверх за счет увеличения статистики, за счет того, что он ломает судьбы людей. Мы создали такие инструменты, когда мы перемалываем собственное население в лагерную пыль.

Другое мнение

Лев Пономарев, исполнительный директор движения «За права человека»:

– В 1990-е годы в России восстановили суд присяжных. На них возлагались огромные надежды, распространением судов присяжных занимался Кремль. Это было возрождение справедливого суда, потому что они ломали сложившуюся практику: давать меньше 1% оправдательных приговоров. Судьи привыкали, что можно оправдывать и в 20% случаев, и никто их не будет за это обвинять. Должен сказать, что европейская норма как раз и составляет 20-25% оправдательных приговоров.Но в 2000-е все стало возвращаться на круги своя. Опять в судах атмосфера, что государство всегда право, опять культ государства. Он на ментальном уровне: во власти, в обществе. Снова вернулась практика звонков из высоких кабинетов. Судьи снова берут под козырек, если есть интерес государства на любом уровне – региональном или федеральном.

Особо нелепые вердикты

В Кемерове в ответ на жалобу пенсионерки о том, что ее соседи по коммуналке слишком долго сидят в ванной, мировой судья назначил максимальное время для мытья – не больше 20 минут, сообщает сайт hro.org.Жителя Тюменской области оштрафовали на тысячу рублей за то, что он не снял российский флаг после праздников.

Следователь уральского города Камышлов возбудил дело по факту хищения имущества, совершенного в 1990-е годы. Составляя обвинительное заключение, он позабыл, что в то время в ходу были неденоминированные деньги, поэтому-то размер хищения оказался огромным – несколько сотен тысяч рублей.

В Чечне представители правоохранительных органов остановили мужчину, изъяли у него паспорт, а затем задержали за отсутствие документов, удостоверяющих личность.

Отличились и сотрудники столичной милиции. Блюстителей правопорядка вызвали в квартиру к гражданину, который громко и нецензурно ругался.

Милиционеры составили протокол и «провели осмотр места происшествия в виде нецензурной брани». Итогом визита стало изъятие вещей предполагаемого хулигана.

Источник: https://newsland.com/user/4296738526/content/40-prigovorov-po-ugolovnym-delam-eto-sudebnye-oshibki/4036748

Поделиться:
Нет комментариев

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.